Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

фиолетовый

(no subject)

#СибирьГорит

Тили-тили-тили-бом!
Загорелся кошкин дом,
Загорелся рысий,
Загорелся лисий.

И у волка, и у птицы,
И у злого секача
Загорелся дом, не скрыться,
Не взлететь и не умчать.

И вот они стоят у небесных ворот, говорят: "Открывай, Господь",
Стоят эти звери около двери, и огонь за ними идет,
Но не велено в рай пускать бессловесное лесное зверье,
И им некуда больше идти, обожженное тело нести свое.

А в тайге под землей горят кедровые корни, огонь горит под землей,
И звери бегут от ада, чуя жар его, чуя вой,
Но земля подламывается под ними и под ангелами в форме из МЧС,
и звери бегут от ада, но ад настигает лес.

И тогда святой Франциск говорит святому Петру:
" Дай, говорит, подменю, пот усталости со лба твоего оботру,
Потому что - знаешь - не справляются наши ангелы на земле,
Потому что Божье дыхание канет в огненной мгле".

И святой Франциск открывает двери для кошек, зайцев и лис,
Проходите, маленькие, не бойтесь, отныне навеки теперь спаслись,
Потому что любовь воистину - более, чем закон,
Потому что только она побеждает адский огонь.

© Лемерт /Анна Долгарева/

(Святой Франциск считается покровителем животных)
фиолетовый

Небесный Петербург

Я шла по Невскому – вообще в Питере мало кто любит Невский, потому что всегда шумно, и толпа, и много туристов, но если нужно потеряться из мира вещей и уйти в небесный Петербург, то первой дорогой всегда станет Невский, здесь ты сделаешь первый шаг – когда перестанешь замечать толпу, а только ангелов, и всадников, и горгулий, и еще Санкт-Петербургское небо.

Я шла по Невскому, и я остановила каких-то двух парней. Кажется, они были испанцы; я не очень хорошо владею английским, и они – как оказалось – тоже. Я спросила у них – какие впечатления от Петербурга, ребята? И они охотно, наперебой, говорили: здесь очень ярко, здесь яркие и живые люди. Вчера мы познакомились с какими-то русскими ребятами (русские такие веселые, добрые), и пошли в паб, и пили до утра, и эти белые ночи, город-приключение, яркий город.

Так странно, да? Вот этот город туманов и серо-синего старинного камня, он – яркий.

(Справедливости ради стоит отметить, что это было как раз в те два дня, когда в Петербурге ужасно жгло солнце и стояла тридцатиградусная жара).

А потом я подумала: наверное, им было это нужно. Наверное, этим ребятам, веселым и радостным, плохо говорящим по-английски, нужно было, чтобы город тайн и мистики повернулся к ним улицей Рубинштейна, залитой светом от белой ночи и фонарей, и какие-то яркие (веселые, добрые) русские ребята поили их там вискарем.

Потому что Россия – это такая страна на ладошке у Бога, и если ты хороший человек и тебе в глубине души что-то очень надо, то она тебе даст – щедро и весело плеснет в лицо радугой, дымкой предутренней, светом фонарей на Рубинштейна. Потом эти ребята (испанцы, а может, аргентинцы) будут рассказывать о ярком Петербурге и добрых русских, а их будут слушать с изумлением, даже попытаются объяснить, что обычно все совсем не так. Может быть, они проведут в Петербурге еще неделю и тоже изменят мнение, но тогда им нужно было чудо, и Россия – страна на ладошке Бога, и Петербург – самый волшебный из ее сыновей – дали им его.

Я шла потом дальше – и на меня давила жара, и было тяжело и грустно, потому что я когда-то покинула этот город, чтобы искать ответы, а ответов я не нашла, и жизнь стала бессмысленной. Я шла и не знала, возвращаться ли мне, и маятно было, и больно, и тоскливо, и придавливало к горячему асфальту.

А потом вдали возник Смольный собор; не знаю, почему, но он возникает в моей жизни часто внезапно: идешь, идешь, и вдруг – бело-голубые линии, устремленные в небо, неземные линии, не принадлежащие древним болотам и шведским костям, только небо и солнце.

И когда появляется Смольный, то он заставляет тебя оторопеть, непременно, потому что это тоже явное присутствие Бога на земле, во-первых, существование его, во-вторых, вот это внезапное – каждый раз – появление.

Калики перехожие брали клюку и узелок, шли по России – издавна, из века в век шли. Бросали однажды насиженные дома, бросали домочадцев, уходили искать правду, и правда открывалась им, потому что правда рассыпана по России и брызгает в глаза человеку с чистым сердцем, если тот долго идет и внимательно смотрит. Что это будет? Деревянная церквушка, чьи стены в вечернем свете на миг покажутся золотыми линиями небесных врат, или же темная фигура человеческая с мечом, проступившая на отвесной скале над озером?

Чудеса приходят к открытым сердцам, если довериться России и отдаться ее дорогам. Чудеса, утверждающие существование Бога не менее явно, чем если бы Он явился во плоти. И кажется, что легко спутать настоящее чудо с нечаянной радостью – но да и что здесь такого, если легко? Кто ищет, тот найдет, и потому идут, идут по Руси перехожие калики. Хиппи в грязных хайратниках, с косичками у лица, тормозят фуры на обочине трассы. Бичи трясутся в грузовых вагонах поездов. Они знают эти чудеса, ищут увидеть их снова.
Ну потому что такая Россия – волшебная страна.

(написано для vz.ru)
превед

(no subject)

Настя живет в квартире с черными стенами. Настя солдат, боец, ничего не боится. Осень. Голые ветки по небу – венами. В листьях, упавших в лужи, чудятся лица – тех, позабытых. Впрочем, это неважно. Настя боец. Каждый день – как за линию фронта. Впрочем, ей никогда ничего не страшно, времени просто нет пожалеть о ком-то.
Осень. На улице сумерки, холодно, сыро. Вечером Настя приходит в свою квартиру. Там из черных стен цветы вырастают, тычутся в руки ее, как слепые котята. Черные тени медленно, медленно тают. Место ее не пусто, но свято, свято.
Где-то, когда мир не будет линией фронта, там, вдалеке – маячит у горизонта теплое солнце медовое, бабочки между вишен, сын с глазами отца – и отец его с ласковыми руками. Там, где Настино сердце – не хрупкий камень, горный хрусталь – там собственный смех ей слышен.
Будет очаг и варенье из горных ягод. Будут сны янтарные, золотые. Сердца живого живая теплая мякоть спит, укрывшись от снега, но вздрагивает впервые.
превед

(no subject)

в салоне том, где Логинов летит,
ребенок плачет, под крылом – громады
кудлатых туч – окраса извести,
и далеко – река и автострада,

но так они безумно далеко,
внизу, что есть ли вправду - неизвестно,
и Логинов летит сквозь молоко
не бытия, а лишь его предвестья,

и так он мыслит: «я тебя люблю»,
и это есть одна его молитва,
здесь, где так рядом небо: вот он люк,
откинуть бы его – и воспарить бы,

и так еще он мыслит: «я – тебя»,
и это – словно желтый сыр и желтый
тягучий мед – на грани сентября,
и листья цвета золотого шелка.

«тебя – люблю», он думает, молясь,
и у молитвы нету адресата,
пушистых туч извивистая вязь
переползает в сторону куда-то,

он мыслит: «я люблю», - и не падет
в голодную открывшуюся бездну,
не падает хвостатый самолет,
и Логинов врывается в восход,
а есть ли что-то кроме – неизвестно.
Карелия

(no subject)

Вот что, друзья. Я очень плохой христианин, на самом деле, такой, что меня даже точнее будет обозвать экуменистом. Ну почти ни во что у меня не получается верить на слово. Я даже себе-то обычно не верю.
Но есть одно исключение. Я много металась, и в почти-атеизм уходила, и в агностицизм, и в викканство. Но одну штуку у меня никогда не получалось отвергнуть, потому что я ее знаю точно, как знаю то, что у меня в паспорте написано. Честно, вот даже когда хотела отвергнуть в период пламенного научного атеизма, то не получилось.
Иисус Христос был и есть. Он умер и воскрес. Я не знаю, что именно там, за порогом, потому что см. выше. Но он учил нас любить. И вот эта любовь, если мы ее воспримем, - она-то и дает нам шанс жить вечно.
Карелия

(no subject)

на линии фронта мужчина в тельняшке рваной
называл святой меня, обещал не отречься вовеки,
а у меня за спиной была пара десятков романов,
а у меня за спиной текли алкогольные реки,

незнакомые лица, чужие похмельные утра,
нескончаемый стрекозиный танец от марта до марта,
ну какая из меня святая, я странник на лодке утлой,
испытывающий на прочность границы карты.

изменилось все на последнем из этих романов.
я купила крем от морщин, потому что захотела жить долго,
жить банально, но счастливо, это было больно и странно,
как в пустой квартире подарок найти под елкой.

не случилось, конечно, не сберегла, такие,
как я, не умеют, чтоб их молитва кого-то спасала.
я впервые тогда захотела жить, и впервые -
после всего - вообще хотеть перестала.

не хотела вина и мужчин, вообще не хотела,
крем от морщин я выбросила, не пригодилось,
и спустилась в ад, и не чуяла больше тело,
ни жару не чувствовала, ни сырость.

но такие, как я, никогда не доходят до рая,
и поэтому, в ад спустившись, в аду осталась.
ну а ты говоришь святая, ну какая тебе святая,
обычная баба, просто очень, очень устала.
Карелия

(no subject)

Города Юго-Востока Украины, разрушенные в результате АТО, писательница Людмила Улицкая сравнила с библейскими Содомом и Гоморрой. По ее мнению, Донецк и Луганск «горят» из-за отсутствия праведников в них.
«Шла долгая торговля, но в конце концов праведников не нашлось в нужном количестве, Содом и Гоморра были сожжены небесным огнем. Донецк и Луганск горят, а какую идею выкинули люди, жаждущие власти, не так уж важно», - говорит Улицкая.


http://vozduh.afisha.ru/books/intelligenciya-zakonchilas-kak-istoricheskoe-yavlenie-intervyu-lyudmily-ulickoy/

Это раз.
Два.

Кто будет писать о том, что теракт в Париже - это Кара Господня за то, что Шарли Эбдо смеялись над трагедией с самолетом, того на том свете будут карать анально страшные доберманы.
Потому что этим вы поставите себя на одну планку с Улицкой.
Карелия

кащей бессмертный

хожу-брожу, тоску свою бережу, на берегу реки под дождем сижу, ногами грязь осеннюю борозжу, и выстрел в голову кажется избавленьем. болит-болит, устала моя голова, и я молюсь, но не слышат мои слова: податель жизни для всякого существа отправил меня скитаться за искупленьем.

и я живу которую сотню лет, я видел мрак беззвёздный, и видел свет, я видел сотни радостей, тысячи бед, и мертвой воды я выпил в черном колодце. и я хожу, болит голова моя, но вместо крови во мне кислота и яд, и если, скажем, я проглочу мышьяк, то он во мне на атомы распадётся. и если нож вонзится в сердце моё, то превратится из стали во мне в гнильё, поскольку я есть тлен и есть небытьё, зовут меня чудовищем и святотатцем.
господь услышит и цесаря, и бедняка, и я молюсь, но смерть моя далека, на берег меня выплескивает река и отправляет дальше меня скитаться.

а смерть моя есть игла и нитка на ней, и вьется нитка между земель и дней, и нет ни начала, ни хвостика, хоть убей, и я все иду, а годы идут надо мною.

податель смерти для всякого существа, пошли мне героя, не помнящего родства, чтоб он отыскал мою смерть и нитку порвал, и ты забрал меня в темноту покоя.
ворон

Правила игры

Рассказ, с которого я снова начала писать прозу. Был написан на Колфан-19, неожиданно прошел во второй тур, хотя комментировали его в духе "я ничего не понял, но автор достучался до моего сердца".
Напоминаю, что вконтакте у меня есть паблик прозы.

Collapse )
бродяга

Локи, эту битву я посвящаю тебе

Этот текст, в общем, объективно слабее моего нынешнего уровня, но мне было важно почему-то его написать.
____

Было трое, ой неважно, да жили-были, ничего серьезного, все это часть игры. Мою младшую сестрицу всегда любили, приносили сладости, пряности и дары. Были все – стройны, отважны, сильные воины, и потом любовь – о такой-то уж песен сложено. В общем, выбрала достойного из достойных и жила в любви до старости, как положено.
Каждый сам возносит свои молитвы, каждый сам решает, чего просить. Старший брат посвятил себя богу битвы, он был яростен, славен, мог долго жить бы - норны рано ему обрезали нить.

У меня негромкий голос, тонкие руки, у меня побелели волосы и лицо, не осталось красок ни в голоса звуке, ни во взгляде – искорок-бубенцов. Я иду в огне. Мой огонь со мною. Он во мне, вокруг и выше меня. Я не чую жара, не чую зноя, я иду в огне под полной луною, и от жара звезды тихо звенят.
Тот, кто служит огню, не знает покоя.
Тот, кто служит огню, не знает преград.

И когда ты выгоришь, побелеешь, истончишься от пламени изнутри – вот тогда-то ты станешь огнем; смелее ж – так за огненным богом иди. Гори.