Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

фиолетовый

(no subject)

Упадем на дно
Теплого океана
Будем, словно больные коты,
Друг другу зализывать раны,
Болючие, полные грязи, сырой земли.
Что же мы натворили, как мы могли.
Шкура разодрана, косточки переломаны,
Это мы доигрались, кусались, упали,
И в ушах ничего не слышно от птичьего гомона,
Вороньего гомона со вкусом крови и стали.
Ничего.
Мы больные коты, но мы не умрем.
Мы залижем друг друга, только не оставляй меня.
Плещется океан, серебристый дом,
Наполненный тайнами.
фиолетовый

(no subject)

Если честно, то я всю жизнь была слабаком.
Точнее, слабачкой.
Я была нервный ком
любви и боли,
Гребаной Хатико,
Верной собачкой.

Да, очевидно, что я была
Дикий виноград, растение без ствола,
Человек-стихи. Человек-слова.
Спросишь, чему научилась?
Я научилась переставать.

Раз.
Семь пролетов вниз по ступеням.
Два.
Во дворе Петроградки под снегом весенним.
Три.
Под солнцем – и до вокзала.
Я все сказала.
Я все сказала.

Завтра у меня вырастут когти, зубы и крылья,
Я стану невиданная горгулья,
Живой дракон, обернувшийся былью,
Улыбка акулья.

Завтра я взмою в небо, чешуйки серебряные звенят.
Все дороги откроются для меня.
фиолетовый

Сказка про карантин и одного кота

На девяносто четвертый день карантина воздух в Москве стал таким чистым, что на улицах появились невиданные животные, полульвы, полуптицы. Их видел сосед Ивановых, когда гулял со своим хаски Атаманом. Дочери Ивановых Наташе тоже очень хотелось погулять с Атаманом, но сосед установил цены: полчаса выгула – пять тысяч рублей, час выгула – восемь.
А вскоре и сами Ивановы увидели, как загадочные звери медленно прохаживаются возле их подъезда. Один из них поднялся на задние лапы и стал точить когти о любимую липу Ивановой-мамы. Липа не выдержала напора и медленно, с шумом завалилась набок.
- Теперь так всегда и будет, - с тоской сказал Иванов-папа. – А я предупреждал.
Папа действительно был ответственный и предусмотрительный. Он купил пять килограммов лимонов, когда цены на них еще не взлетели. Иванов-папа торжествовал, пока лимоны не сгнили на балконе. В холодильник они не помещались, потому что холодильник был забит другими полезными продуктами.
Иванов-кот посмотрел на невиданных зверей и почесал ухо задней ногой. Он не видел раньше никого такого, но чутье ему подсказывало: соседу не стоило теперь выгуливать хаски Атамана. Теперь за порядком на улицах будут следить не полицейские, а эти диковинные звери. Может, они даже съели всех полицейских и съедят хаски Атамана, если его поведут гулять.
Иванов-кот мяукнул, пытаясь донести свою мысль до окружающих. Однако понял его только Иванов-самый-младший, строивший из кубиков крепость. Он оживленно залопотал, обращаясь к сестре и родителям, однако его, как и Иванова-кота, никто не понял.
На третий день после прихода чудовищ прошел слух, что они требуют человеческих жертв, иначе грядет что-то ужасное. Хаски Атаман писал в подъезде.
- Давайте пойду я, - вызвалась Иванова-бабушка, которая лежала в постели и почти не вставала. – Мне очень скучно все время сидеть дома и слушать эти новостные каналы, которые ты, Паша, постоянно крутишь.
- Татьяна Михайловна, если вы хоть на метр подойдете к двери, я вас изолирую синей изолентой, - предупредила Иванова-мама. Она была добрая, но строгая.
- Но мне очень скучно, - грустно сказала Иванова-бабушка.
- А давайте пойду я, - оживилась Наташа. – Я читала в сказках, что нужно в жертву чудовищу принести красивую девочку.
Иванов-кот заинтересованно направился к двери. Не то чтобы он любил гулять, но Иванов-папа иногда выносил его на травку и бегал за ним, держа его на шлейке. Иванов-папа утверждал, что он не идет на поводу у кота, а совершает моцион. Иванов-кот справедливо полагал, что сейчас намечается большое гуляние.
- Вы что, все с ума посходили? – закричал Иванов-папа. – Обычные панические слухи, нечего всяким глупостям верить.
И стукнул кулаком по столу. Он был добрый, но нервный.
Ночью Иванову-коту, Ивановой-бабушке и Наташе снился сон. Как по улицам Москвы идет огромное чудовище, наступая на птицельвов, а на спине у него сидит голая женщина, похожая на Ольгу Бузову, и неприлично смеется.
Иванов-кот проснулся первый. Ему не понравился сон. В конце концов, птицельвы тоже были отчасти немного коты.
Он подошел к входной двери и поскребся. Потом еще раз поскребся и громко мяукнул. Потом ненадолго отвлекся, вылизывая брюшко, а когда снова собрался, то увидел, что Наташа помогает Ивановой-бабушке одеться в уличную одежду.
- А ты куда собрался? Дома сиди, - шикнули они на Иванова-кота, но тот уже побежал вперед, прыгая по лестнице.
Когда подъездная дверь открылась, на Ивановых обрушилась волна запахов начала лета. Она была такой, что Иванов-кот чуть не забыл, что у него миссия сопровождать Иванову-бабушку и Наташу. Ему показалось, что он котенок (а он был очень почтенный старый кот, даже старше Наташи) и надо прыгать и валяться везде.
Так они и шли по пустой Москве, плыли в густых ароматах лета.
Птицелев вышел на них из кустов жасмина и вежливо зевнул.
- Здравствуйте, - дрожащим голосом сказала Наташа. – Я слышала, вам нужна жертва, так вот, я готова! Только пусть все будет хорошо и как раньше.
- Не слушайте мою глупую внучку, - вмешалась Иванова-бабушка. – Забирайте меня и хватит этих беспорядков.
А Иванов-кот немигающе поглядел в глаза птицельва.
«Что у вас происходит? – без слов спросил он. – Почему мы все закрыты, и я не могу бегать по траве и кататься?».
«Потому что нет тех, кто принимает решения, - так же без слов ответил птицелев. – Они все испугались и убежали в другие миры, оставили только фантомы, которые показывают в телевизорах. Мы решили, что хотим спасти этот мир. Но мы не можем. Мы слишком давно отсюда ушли».
«И что будет?» - спросил Иванов-кот.
«На пустое место всегда что-нибудь приходит, - туманно ответил птицелев. – Иногда плохое».
«Я не хочу плохое, - возразил Иванов-кот. – Я хочу кататься по траве».
«Здесь много травы, но ты не катаешься».
«Я занят. Я охраняю Наташу и Иванову-бабушку».
«Ты смел и благороден. У нас есть для тебя предложение. Правда, если ты его примешь, то тебе нечасто придется кататься по траве. Но зато и плохого не случится».
«Говори уже».
Птицелев рассказал.
Иванов-кот ненадолго задумался.
«Ладно. В конце концов, когда я уйду на Радугу, там будет вдоволь травы, на которой можно кататься. А пока можно и поработать».
Птицелев медленно уходил, оставляя Наташу и Иванову-бабушку одних.
- Давай-ка пойдем домой, - сказала Иванова-бабушка. – Так сказать, интересная получилась вылазка. Может, последняя в жизни у меня.
Но гуляли они не в последний раз. На следующий день президент внепланово выступил по телевизору. Он сообщил, что пик заражения миновал, карантин отменяется и все снова станут свободны и могут гулять сколько хотят и даже лежать на траве.
- Он на кота похож, - неожиданно внятно сказал Иванов-самый-младший.
- Что? – всполошилась Иванова-мама. – Паша, смотри, Ванечка разговаривает!!
- На кота похож, - повторил Иванов-самый-младший. – Нашего. Который потерялся.
чо-чо?

С днем котиков!

С ДНЕМ КОТИКОВ!

У кота большая голова
И из щек его торчат усы.
В жизни не бывает волшебства,
Но бывают славные часы.

Отмеряй минуты. Красота
Есть в моменте, а потом умрет.
Я сижу и трогаю кота,
Он дает мне почесать живот.

Если обступила темнота,
Если кажется, что смерть близка,
Делай просто: покорми кота,
Вынеси какашки из лотка.

Так устроен, в общем, белый свет.
Кот дает тепло, глядит в окно.
Кот живет пятнадцать, в среднем, лет.
Ладно, двадцать. Больше не дано.

Я не знаю, что там впереди,
Доживу ль до старости, но кот
Лапами мне топчет по груди,
Словно так он молоко найдет.

Словно мы бессмысленно малы,
Словно неразумны и в любви
Ни хулы не знаем, ни хвалы,
Господи, прости, благослови.
фиолетовый

(no subject)

Марта сама и не поняла,
как разучилась говорить человеческим языком.
Марта сидит, выстукивает на клавишах перебор.
«Что ты делаешь завтра вечером?» - в переводе на русский значит «ты далеко?
Мне кто-то нужен рядом, хоть стреляйся в упор».

«Как у тебя дела?» означает «говори со мной, говори,
Открывает голодную пасть зверь, живущий внутри,
И он меня ест, он меня, сука, жрет,
И я не справлюсь одна, побудьте со мной, народ».

Неважно, сколько ей лет, пусть будет семнадцать лет,
И Марта бьет по клавишам так, словно хочет кого-то бить.
В десяток чатов пишет неотвеченный свой «привет»,
что означает «люби меня, сука, люби».

«Я счастлива, дорогая, что все у тебя хорошо».
Это значит: «мой зверь сожрал мне трахею и бронхи жрет,
и я не могу говорить, мне надо, чтоб кто-то пришел,
я не могу одна, здравствуй, гребаный Новый год».

А у людей новогоднее чудо, осыпается медленно конфетти.
Время подводить итоги, целовать любимых и намечать пути.
Пахнут мандарины, качается шарик из тоненького стекла,
И каждый верит в любовь и дружбу, желанья загадывая у стола.
фиолетовый

(no subject)

Везёт меня, зайца, за кудыкину гору
Поезд "Казань - Москва", дышит сосед на верхней,
И самая чёрная полночь. Значит, нескоро
День насадит меня на солнечный вертел.

А пока я, заяц, гляжу на седые от снега деревни
С покосившимися домами, где люди живут придорожные.
Изгибаются, мокнут дымом отравленные деревья,
Застывают у них под корою соки подкожные.

А я что, я заяц, трусишка, серая шубка,
В тишине купе затаилась и пребываю,
И вздыхает поезд, на стыках кашляет шумно,
И выбегает за ним собака сторожевая.

В ноябре вода становится льдом, в зимнюю спячку ложится леший,
Я гляжу, как от ёлок да от берёз за окном рябит.
Так бы и ехать, в такой тишине нигдешней
Хорошо не бежать, не бояться, а только любить.
фиолетовый

(no subject)

*
слово прости растет вырастает из
легких и сердца становится деревом иггдрасиль
больше земли становится больше моря
и заслоняет идущую с севера осень,
кошку с котятами возле входа в подвал
пьяных бомжей у магаза 24
все заслоняет слово прости
*
детсадовцы, двое
такие круглые в своих ста одежках
шелестят по осеннему парку
держатся за руки крепко преочень крепко
а то налетит ветер
подхватит поодиночке
унесет за синие леса
за далекие города
котик братик спаси меня котик братик
так вот держитесь крепко

*
видела двух стариков, идущих из магазина,
он с тяжелыми сумками, она его держит под руку
и причитает: «Лешенька, не оступись».
лужи затянуты льдом, и они семенят,
словно две птицы, чудесных два алконоста,
не приспособленных для земли.

*
через свинцовую осень с запахом смерти,
через дороги в асфальтовых серых заплатках
через кленовые листья в дырочках тления
происходит слово прости
пульсирует в бурой земле, где спят семена.
господи, даждь нам прощение
даждь как дождь
каждому, как золотой шар,
чтобы никто не ушел,
не остался в темном углу, ковыряя стенку,
не лег на ночь спать не помирившись,
чтобы мы все стояли живые
мокрые, словно только родившись
и принимали прощение, льющееся с небес,
и сами бы всех простили, и все бы стало совсем хорошо.
фиолетовый

(no subject)

Были у девочки цветок на окошке,
Мама да две подобрашки-кошки,
Белая да рыжая, и так они славно жили,
Дружили с соседями, здоровались даже с чужими,
Покупали летом черешню и вишню,
Радовались, если солнце на небо вышло,
Радовались, если дождь стрекотливый.
Рыжая кошка хвост распушала длинный,
Белая кошка мурчала.
И длилось их счастье без конца и начала.

Но однажды к девочке пришла смерть, и так она ей говорила:
"Никогда так не будет вечно, кончатся силы,
Заберу я у тебя маму, заберу и рыжую кошку,
Заберу и белую, и тебя посажу в лукошко
С твоими беленькими косичками, розовыми ноготками,
Унесу туда, где все становится камень,
Где одна чернота, где нет никакого дальше.
И цветок на окошке зачахнет даже".

И заплакала девочка, и плакала, а потом встала
И пошла по рельсам из ржавого металла,
Мимо заводов и кладбищ, мимо ГЭС и АЭС,
И дошла до севера, где миру конец.

И она стояла, и лежала вокруг вода,
Много тысяч веков лежала вокруг вода.
И были лишь камни, да волны, да птичья драка,
И тогда в девочке вдруг не стало никакого страха.
Потому что была ее голова скалою и камнем,
И были старыми рельсами руки с розовыми ноготками,
И цветы эдельвейсы росли из тела,
А девочка стояла, говорила, смотрела,
И волосы ее были брызгами океана,
И было ей смешно и странно,
А страха не было вообще никакого.
И тогда она смерти сказала такое слово:

"Ничего не возьмешь ты, я стала сильнее камня,
С белыми косичками, розовыми ноготками,
Лишенная страха, как северная вода.
И никого не возьмешь ты у меня никогда".

И когда она вернулась, мама стала немного старше,
И кошки, но это не было больше страшно.
И она сказала: " Мама, я видела смерть, но я стала ее сильней,
Я тебя и кошек никогда не отдам ей,
И налей, пожалуйста, суп.
Ибо мы живы в любви и пребудем
До самых архангельских труб".
фиолетовый

(no subject)

когда я ухожу,
мой кот считает, что совсем я ухожу,
что никогда я больше не вернусь,
и плачет он, вцепляется и кусь,
а после остается у двери,
и слышу я, как плачет он внутри.

но я же ухожу не насовсем!
я, может, просто вышла в магазин,
и через час вернусь уже, поем,
и дам ему еды.
но он один
как будто остается навсегда,
как будто не нужна ему еда,
как будто ад вокруг невыносим,
нет, не ходи, не надо в магазин!

но все-таки, конечно, ухожу,
и раз за разом снова ухожу,
и кот мой расстается навсегда
со мной, меня оплакав каждый раз,
и горе больше целого кота,
и словно никогда не будет нас.

и я не знаю, что тут говорить,
совсем не знаю, что тут говорить,
мой кот сидит и плачет у двери,
любовь не знает оправданий, слов.
любовь сидит и плачет: вот любовь,
и ничего сильнее нет её,
безмысленней и преданней её.
фиолетовый

(no subject)

#СибирьГорит

Тили-тили-тили-бом!
Загорелся кошкин дом,
Загорелся рысий,
Загорелся лисий.

И у волка, и у птицы,
И у злого секача
Загорелся дом, не скрыться,
Не взлететь и не умчать.

И вот они стоят у небесных ворот, говорят: "Открывай, Господь",
Стоят эти звери около двери, и огонь за ними идет,
Но не велено в рай пускать бессловесное лесное зверье,
И им некуда больше идти, обожженное тело нести свое.

А в тайге под землей горят кедровые корни, огонь горит под землей,
И звери бегут от ада, чуя жар его, чуя вой,
Но земля подламывается под ними и под ангелами в форме из МЧС,
и звери бегут от ада, но ад настигает лес.

И тогда святой Франциск говорит святому Петру:
" Дай, говорит, подменю, пот усталости со лба твоего оботру,
Потому что - знаешь - не справляются наши ангелы на земле,
Потому что Божье дыхание канет в огненной мгле".

И святой Франциск открывает двери для кошек, зайцев и лис,
Проходите, маленькие, не бойтесь, отныне навеки теперь спаслись,
Потому что любовь воистину - более, чем закон,
Потому что только она побеждает адский огонь.

© Лемерт /Анна Долгарева/

(Святой Франциск считается покровителем животных)