July 18th, 2017

превед

Письма названому брату. 1.

Милый мой названый брат.
Ты не хочешь, чтобы я тебе писала - но в эпиграфе к твоему дневнику до сих пор висит цикл "Моей маленькой сестричке".
Ты не хочешь, чтобы я тебе писала. Я писала тебе на позапрошлое Прощеное воскресенье - ты отказался меня прощать. Впрочем, я не помню, христианин ты или нет. Ты был сталинистом, а потом тебя ужасно увлекла украинская революция.
Милый мой названый брат. Я прекрасно знаю, почему это случилось с тобой. Не знаю, как с остальными, - именно с тобой. Я же тебя знаю - как себя саму. Ты был рожден революционером - но в Полтавской области, в 1976 году. У тебя были все шансы подняться в девяностые, и ты поднимался, ты был тем страшным "рэкетиром", какими меня пугали родители-инженеры в детстве, - да, я знаю, что все это от пассионарности, бурлящей в крови жажды деятельности. Если бы ты убил - уже тогда, в нулевых, когда мы с тобой познакомились, - я бы давала показания, что в это время мы с тобой пили пиво и читали вслух Паланика. Мы, кстати, это делали. В 2013 году, осенью, в Харькове. Ну ладно, не читали вслух, - обсуждали, цитируя.
Ну да. Разорвала наши отношения я. Когда наши украинские партнеры (тогда еще не) из "Правого сектора" в марте 2014 года убили двух антифашистов в Харькове. Ты знаешь, кто из моих близких тогда мог быть на месте этих убитых. Ты помнишь, что ты мне написал тогда. Ну, что Харьков всегда был оплотом сепаратизма. Я не могу в вот это "сама дура виновата". Хорошо.
Я написала:
"Ты был очень близким и дорогим мне человеком, мне больно тебя терять, но сейчас за твоими ура-революционными лозунгами я больше совершенно не вижу своего лучшего друга, мудрого и понимающего Андрея.
А с этим человеком, которого я вижу сейчас, я не могу дружить.
Извини."
01.03.14

Ты ответил:
"журбынка"
И более ничего.

Да глупо я написала, конечно, пафосно. Но, вроде, все годы дружбы мы были глупыми и пафосными, и никого это не смущало. Почему-то, когда пролегла политическая колея, - смутило.
Ох, блин. Да у тебя ж 50 на 50 было - в антимайдан пойти, с твоими-то убеждениями, точнее, адреналиновой наркоманией. Ох, Андрюха, думаешь, я не понимаю, что тебе нужна была любая движуха, кроме голодовки? Но - острая недостаточность революции в крови, и как только случился Майдан, ты впилился в движуху. Ну а потом уже не отступил. Мы такие. Мы не отступаем, братец. У меня хоть выход есть - в монастырь уйти, если разочаруюсь, или суициднуться - я, пока замуж не вышла, не понимала, чем жизнь лучше смерти. Ну а тебе куда, какой монастырь, вообще.

А. Да. Я замуж вышла, по большой любви. Я надеюсь, ты не был среди тех, кто призывал убить моего мужа в нашей общей бывшей тусовке. Да ну нафиг, даже читать твои страницы не буду. Я верю, что не был. Я вышла замуж, он тоже Андрей, почти твой ровесник. Только в девяностых он был не рэкетиром, а музыкантом-неформалом. Он одессит, ты любишь этот город, я тоже.

Охх, Андрюха. Вот оно, последнее сообщение, первое марта - а ведь в феврале, я помню, я писала тебе в волнении с вопросом, красное или черное платье надеть на встречу с бывшим.

Я бы говорила с тобой. Пофиг вообще, какова твоя политическая ориентация. Я могла бы не читать твои публичные записи, но говорить с тобой в личке. Да, конечно, это не ты внес меня в базу СБУ. Да, конечно, это не твоя вина, что я не могу въехать в Харьков. И без тебя доброжелателей хватает - тусовочка вот эта наша любимая. Я на нее смотрю, и мне кажется, что это огромное дупло, на дне которого клубятся ядовитые змеи. Да блин, я тебе до всего майдана это говорила. Но у тебя не было другой тусовочки. А я, ну ты ж знаешь, я только притворяюсь нежной трусливой девочкой, а так нигде не пропаду.

Я писала тебе на позапрошлое прощеное воскресенье - прости, я была резка, но давай говорить.
Ты не захотел.
Но у тебя в эпиграфе висят письма твоей маленькой сестричке - и я буду писать тебе, мой названый брат.
Побратимство не разрывается.
превед

О Малороссии и Новороссии

Язык - это очень важно. Слова - это оружие. На самом деле, мы прекрасно понимаем важность слов; кому-то может показаться глупым и странным - называть инвалидов "людьми с ограниченными возможностями", слепых - незрячими, детей с психическими и неврологическими расстройствами - особыми. Казалось бы, как это работает? Но работает на уровне дестигматизации этих категорий населения. Язык определяет мышление.

Новороссия, за которую шли жить и умирать в 2014 году, была прекрасной мечтой, чем-то принципиально НОВЫМ. Идеей, за которую не жаль отдать жизнь. Идеей. Новороссия, Новая Россия. Новый мир.
Предлагаемая "Малороссия" - это не мечта, это хутор близ Диканьки. Допустим даже, этот план сработает, Украина будет захвачена, новое государство будет называться Малороссией, столица будет находиться в Донецке. И ГМО запретят.
И вот за этот хутор, за этот садок вишневый коло хаты, умирали люди?

И я уж не говорю о том, что под проектом "Малороссия" де-факто мы видим интеграцию Донбасса на Украину. Ну, то есть, мы называем это интеграцией Украины в Донбасс, но суть не меняется.

Не надо, пожалуйста. Лично меня пугает перспектива быть малоросликом в Малороссии. Я и мои друзья приехали сюда строить Новороссию. Новую Россию. Новый мир. Равное и свободное общество, полеты к звездам. Это утопия? Да, конечно, но мы не могли не постараться.

Подменять идею Новороссии Малороссией - стыдно.
Посмотрите в глаза павшим.
Посмотрите в их мертвые глаза.
Повторите им про Малороссию.