August 4th, 2016

Карелия

(no subject)

Спасибо большое за поздравления (внезапно их нападало уже немало в разные мессенджеры, я чото прям даже не ожидала).
Но не то чтобы я была счастлива тому факту, что мне исполняется 28. Не первый год я в соответствующий день хочу отвлечься и забыться. Иногда получалось, сейчас не очень. Я думала бухать с Игорем Андреевичем, но Игорь Андреевич колесит по Европе. Я думала пить лимонадик с папой в деревне, но мой папа стесняется в эту деревню, потому что считает свою половину дома ему не вполне принадлежащей (это фамильное долгаревское, это мы умеем). В итоге я не придумала ничего и предпочла пить одна.
Я слишком вас люблю, чтобы не делать печального продолжения. Кот Феликс ест мои ноги, я пью испанское белое сухое за вас и за мир (итогом, традиционно, будет грустненький подзамок). Я очень хочу, штобы мир и уехать на Алтай.

Но за прошедшие десять лет, надо сказать, я добилась многого. Например, первой меня поздравила Ниэнна, кумир юности (да-да, та самая Ниэнна) и подарила песенку, которую и разрешила запостить.

Должно – сложно – осторожно – безнадёжно – непреложно,
Неизбежно, невозможно – всё, что было, не прошло.
Возвращаюсь, отвлекаюсь, нитью в вышивку вплетаюсь,
На осколки разлетаюсь как разбитое стекло.

Кто-то ночью ищет рифмы, кто-то пишет алгоритмы,
Жизнь пошла в привычном ритме – за окном уже рассвет.
Заклинаю – забываю – проживаю – отпускаю,
Сколько выдержу – не знаю, мне уже не двадцать лет.

Душно – скучно – никчемушно – безвоздушно – равнодушно:
Никогда не стать послушной, если двигаться вперед.
И молчит о том, что свято, терпкий аромат граната,
И осколком от гранаты подключичье строчка рвет

Прошлое бросай на счеты, душу разнимай на ноты,
Пусть увидишь все просчеты – вспять река не потечет.
Хоть бескрыла, хоть крылата – «завтра» бьет иглою ската:
Колыбельная для брата, окончательный расчет.

Неразгаданные смыслы, неслагаемые числа,
В сослагательном – не мыслю: нет опоры за спиной.
Из степной полынной воли, из золы и мертвой соли
Я сплавляю в миллифеори то, что скоро станет мной.

Слёзы, позы и неврозы, угрызенья и угрозы,
И смиренье «Лакримозы» – смоет с кожи хлёсткий дождь.
Меж камней пробьётся слово – медный саженец сосновый,
Это будет Vita Nova – не засушишь, не убьешь.