October 24th, 2014

фиолетовый

Еще одна сказка Самайна

Осень перевалила за середину, стали рельефнее, четче, темнее дома. Сумерки раньше, и красит лиловым и синим их подступивший Самайн. Стали слышнее шорохи: ветер лижет окна, где-то звенят бубенцы тугие.
Близится время, когда становятся ближе
наши за грань ушедшие
дорогие.

Мертвые – это не те, кого нет совершенно. Мертвые – это те, кто ушел далеко – так, что уже не достанешь во тьме замшелой. Канешь, погнавшись, в туманное молоко. Кто-то – из тех, за кого уже пьют без звона, кто-то однажды ушел, не вернувшись назад. Кто-то, вроде, и ходит, но – незнакомы, неузнаваемы больше его глаза.


Эрик четвертый год уже ходит в черном.
Эрик четвертый год говорит друзьям:
«Рэй умерла. Я тогда за каким-то чертом
уехал на день. Во всем виноват я.
Я, возвратившись, искал ее две недели.
Понял не сразу, что больше ее нет –
только когда рыдал у ее тела,
влажные листья по ветру летели, летели,
в воздухе оставляя свинцовый след».

Эрику рекомендуют таблетки, йогу,
кто-то нашел для него недурного врача.
В общем, считают, что справится понемногу,
вроде полегче стало, не так горяча
эта тоска в глазах – пошел на работу,
даже какая-то девушка, вроде была.
Рэй? Танцевала в каком-то клубе в субботу,
что ей случится, конечно, не умерла.

Эрик все пьет да глядит на ее фото, где у нее в глазах густая смола.


- Нет тебя больше, нет тебя в этом мире, нет – я четыре года искал и звал, по подземельям метро, коммунальным квартирам, даже спускался в какой-то черный подвал. Нет тебя, нет. Я видел твое тело. Видел твой умерший остекленевший взгляд. Милая, я за тобой бы спустился в ад – кто бы лишь подсказал мне, как это сделать.

….
Красные листья летят по черным дорогам. Ветер поет под окнами, ищет щели. Умерших и ушедших – не кличь, не трогай, пусть они будут в покое своем священны. Разве что в ночь Самайна зажги свечу им, на ночь в бокале оставь вино. Так они, может статься, тебя почуют и поглядят недолго в твое окно.

- Холодно. Что-то жуткое в заоконье ходит и ходит, скребется в окна мои, плачет, рычит, стучится, воет и стонет и источает запах гнилой земли. Рэй, приходи ко мне – поболтать, согреться, да, по вот этому призрачному лучу.
Рэй, посмотри. Я взял свое сердце и из него сотворил для тебя свечу.

….
- Милый мой, я пришла. Я уже стучу.