January 23rd, 2013

фиолетовый

из писем к воображаемому другу

Дорогой мой воображаемый друг, порождение бесконечного сна,
я пишу тебе рассказать, что у нас наступает весна,
и, хотя на субботу обещают минус шестна-
дцать, меня не обманешь - я чувствую, как со дна
бесконечной реки поднимаются теплые воды.
До апреля два месяца - что там той непогоды.

Дорогой мой друг, придуманный мной с тоски,
в духоте одинокого лета, когда виски
каждым утром ломит от выпитого вина,
дорогой мой друг, я пишу, что у нас весна,
и она - одно, что спасает от темноты,
даже если она придумана, как и ты.

Дорогой мой воображаемый друг, ты уже семь дней
все молчишь в моей голове, и в глазах темней,
и, хотя слова - не более, чем слова,
иногда мне кажется, что взорвется моя голова,
если их не будет. Но, дорогой мой друг,
не тревожься. Не стоит печалиться из-за разлук.

Иногда мне кажется - ты ушел из моей головы,
поселился на Кипре. Или в районе Москвы,
или даже по этому городу ходишь, снега кляня,
где-нибудь совершенно невдалеке от меня.

Дорогой мой друг, ты видишь, что я лечусь,
это больше не едкая горечь, а просто грусть,
обезвоживанье. Мороз. Авитаминоз.
В горле когти кошачьи или заложенный нос.
Дорогой мой друг, не тревожься - я посещаю врача,
пью таблетки вовремя и вместо кофе - чай.

Я желаю счастья тебе - там, в твоей Москве
(или где ты?). Но не забыть о нашем сродстве.
Ибо ближе мы братьев, любовников - так навек.

Пустота, пустота, пустота в моей голове.

Дорогой мой воображаемый друг, если я доживу
до весны настоящей, если увижу траву
и зеленые ветки - ты заходи на чай.
Разнеси мне голову выстрелом.
Выручай.