October 18th, 2012

фиолетовый

последние дети

это случается, когда с неба
начинают падать мертвые птицы,
асфальт начинает трескаться, газом сочиться
ломаются дома,
поднимается тьма все выше и выше,
вот тогда-то становится видно, как они сидят высоко на крыше
полуразрушенного дома
и пьют из термоса чай,
и рядом, горящая, как свеча,
падает птица.

слушай, говорит она,
а ведь с нами ничего не случится?
Ну, говорит, ведь с нами ничего и не может?
Он гладит ее по холодной и влажной коже,
говорит: ничего.
ничего, ничего.
горизонт ударяет волной лучевой.
правда, говорит она, мы так и будем - последние дети
на этом потерявшемся свете?
правда, даже когда закончатся все,
мы будем сидеть на крыше, в этой световой полосе,
и все будет хорошо,
пока не кончится чай?

оседает пепел у нее на плечах.

а она совсем не плачет,
глядит незряче,
четырнадцатая осень стала такой горячей,
и она на него все косится, и взгляд у нее щенячий.

он говорит ей - не бойся и не скучай,
вот сейчас мы допьем этот теплый чай,
а потом - дорога в огне расступится, и мы с тобою пойдем,
за калиновый мост, за серебряный водоем,
за далекие звезды, что посверкивают глазасто -
прямо в небесное царство.